Новости

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

В Гималаи... за снегирем

[11.10.2017 / 11:05]

Увлеченный человек способен на многое - это лишний раз доказал всем, и в первую очередь самому себе, основатель Иркутской зоогалереи (именно в этом статусе он наиболее известен землякам) Вадим Ивушкин. Минувшим летом он осуществил свою мечту, побывал в Гималаях - на родине, как предполагают некоторые ученые, хорошо знакомых нам снегирей. Что за странный интерес - спросит кто-то. Все очень просто: изучением симпатичных пернатых, считающихся в России символом зимы, наш герой занялся еще в школе, потом продолжил знакомство с ними в университете на биологическом факультете. Писал диплом по данной теме, готовил диссертацию... С кандидатской тогда не срослось, однако он продолжал собирать информацию о полюбившихся ему птичках и сейчас, возможно, является единственным в России реальным снегиреведом. К нему обращаются за консультацией даже зарубежные ученые-орнитологи. Он пишет книгу о снегирях...

Красивая птичка с красной грудкой - многие из нас именно так представляют себе снегиря. На самом деле это только один вид - обыкновенный. Существует же еще до десятка других разновидностей: розовые, серые, бурые, красноголовые, белощекие и другие. Ареал обитания довольно обширный - это практически вся Европа, большая часть Азии…

 

В Непал? Да пожалуйста!

 

Летнее путешествие в Непал было не первой вылазкой Ивушкина в гости к птицам. В свое время он с такой же целью - детальное изучение одного из видов снегиря - ездил на Курильские острова, а потом колесил на собственном авто по Якутии.

- Но всегда было желание побывать именно в Гималаях, увидеть там масковых снегирей - красноголовых и непальских (бурых), - начинает свой рассказ Вадим Ивушкин. - Есть версия, что именно бурые являются прародителями всего рода этих замечательных птиц. Осуществить казавшуюся несбыточной мечту помог, как это часто бывает, случай. В начале года я отправился на конференцию по орнитологии, которая проводилась под эгидой МГУ на биостанции в Звенигороде. Там познакомился с интересными людьми и узнал, что собирается группа для поездки в Непал - изучать местных птиц. Естественно, выразил желание присоединиться. Мне сказали: да пожалуйста - собирайся! Полгода ушло на сборы, и в июне я совершил самое продолжительное самостоятельное путешествие в своей жизни - ровно месяц мы бродили по гималайским лесам. Начиналась же экспедиция с утомительного перелета Иркутск - Москва - Абу-Даби - Дели - Катманду. Почти сутки все это заняло - с ожиданиями пересадок в аэропортах.

Так получилось, что в Непал мы отправились вдвоем: были еще желающие, но они потом по разным причинам отказались от этой затеи. Мне повезло, что моим компаньоном оказался опытный путешественник и орнитолог до мозга костей Константин Михайлов. Он работает в институте Палеонтологического музея и занимается изучением распределения птиц на верхней границе горных лесов. Много где побывал. В Гималаи ехал уже в пятый раз. Ко всему прочему, он отлично говорит на английском, который в Непале весьма распространен: даже старушки-торговки на рынках, к моему удивлению, понимают этот язык и даже могут что-то сказать. Еще одним важным плюсом было то, что в предыдущих поездках мой напарник уже обжил несколько точек в горах, на которых нам предстояло работать.

В аэропорту Катманду поразило то, что нас встречали. Этого, похоже, даже Константин не ожидал. Однако среди таксистов, сразу накинувшихся на вновь прибывших, стоял человек с табличкой, по которой было понятно, что он приехал за нами, - сервис. Заселились в гостиницу, и, пока готовились всякого рода разрешения и прочие документы (королевство Мустанг, где нам предстояло работать, совсем еще недавно было закрытым для посещения туристов, к тому же находится оно на территории национального парка и туда надо получать разрешение), мы, как обычные туристы, знакомились со знаковыми местами столицы Непала. В первый день побывали в старинном туристическом районе города - Тамеле, поснимали местные храмы, некоторые из них очень и очень древние. А на следующее утро отправились к величественной буддийской ступе Сваямбунатх (или, как еще называют это место, Храму обезьян), находящейся на высоком холме. Пешочком до нее добраться весьма непростое дело. Надо ли говорить, что я время зря не терял - птичек по пути снимал разных, в основном тропических. Особо рад был, что удалось вживую увидеть и запечатлеть лазоревую сороку - давно мечтал об этом.

 

По дороге в королевство Мустанг

 

- На третий день, собственно, началась наша экспедиция, - продолжает Вадим. - На рейсовом автобусе мы отправились в Покхару. Расстояние вроде бы и небольшое, километров 200 всего, но заняло это почти целый день: выехали в восемь утра, прибыли на место в районе 17.00. Никуда не денешься - горная дорога, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Машин много, а полосы всего две - по одной в разные стороны. Есть участки с оползнями: водителям приходится разъезжаться по одной полосе, что сразу приводит к пробкам. А где-то большая машина могла встать на разгрузку, и все ее безропотно объезжают, понимая, что по-другому здесь просто никак.

Можно было, конечно, преодолеть это же расстояние всего за полчаса - на самолете, однако с нашим багажом это довольно накладно. К тому же авиаперелет у нас был запланировал чуть позже - из Покхары в Джомсом (аэропорт Мустанга).

Покхару вполне можно назвать самым туристическим городом в Непале. Во-первых, здесь начинаются треккинговые маршруты на ближайшие восьмитысячники, а во-вторых, район Лэйксайд, расположенный вдоль красивейшего озера Пхева, это великолепное место для тихого, спокойного отдыха. Климат чудесный - тропическая зона, но не такая жаркая, как в Таиланде, из-за близости гор со снежными вершинами. Мы тоже там чуток помедитировали - остаток дня после приезда. Утром - снова в путь.

Самолетик, на котором мы летели в Джомсом, был совсем маленьким, человек на 15. Для гор это просто идеальное средство передвижения. Цена весьма адекватная - что-то в районе 100 долларов. В общем, 20 минут полета - и мы в заповедном королевстве Мустанг, у самой границы с Тибетом. Здешний горный массив Аннапурна (высота главной вершины - 8091 м) считается одним из самых опасных восьмитысячников. Пик этот на протяжении нескольких дней постоянно маячил перед нашими глазами. Впрочем, нас, как вы понимаете, заснеженные горы интересовали разве что с эстетической точки зрения. Мы отправились в места, где туристов практически не бывает, - туда, куда местные жители гоняют яков на пастбище, где знахари собирают какие-то только им ведомые чудодейственные вершки и корешки.

Поселились в местечке Тукче в гостевом домике. Кстати, несмотря на удаленность от цивилизации, в каждом номере есть душ и туалет. Проживание стоит копейки - примерно 5-6 долларов (300-350 руб.) с человека. А вот питание в этих местах - удовольствие не из дешевых: средний ценник самого обычного приема пищи в местных кафешках более тысячи рублей. Причем кухня, если можно так назвать, довольно специфична и одно-образна: для нас были съедобными лишь вареные яйца, овощные супы... Блюд с мясом почти нет. И немудрено, корова ведь для индуистов священное животное, а ту же свинью в горах кормить, видать, нечем.

Но русские люди, как известно, всегда найдут выход из любого положения - мясные изделия привозят с собой. Сырокопченую колбасу я, например, вез из Иркутска. До сих пор смотреть на нее не могу. Но тогда она была хорошим дополнением к лапше, которая стала нашим главным блюдом, когда жили в горах. А еще в одном местном магазине закупили рыбных консервов - для разнообразия.

Предвосхищая вопрос, скажу, что с алкоголем там особых проблем нигде нет: в свободной продаже и пиво известных марок, и всякого рода крепкие напитки. Но все это в горных районах достаточно дорого. Нас сей факт особо не волновал: к алкоголю равнодушны, а для непредвиденных случаев - для дезинфекции, например - мы из России привезли немножко своего исконно русского, проверенного годами продукта...

Ах да, яблочное вино там очень популярно. Местное. Сырье свое: на высоте 2-2,5 тысячи метров в непальских селениях разбиты великолепные яблоневые сады. Мы проходили через них. Плоды вот, правда, тогда были еще зелеными.

 

Встреча с мечтой

 

- В горах расстояние меряется не километрами, а временем, которое ты затрачиваешь на дорогу, - поясняет Вадим Ивушкин. - На первую нашу точку мы добирались почти целый световой день. О своих ощущениях даже вспоминать не хочу, сразу понял, что горы - это не для меня. Если бы не шерпы, которые доставили наши вещи наверх, даже не знаю, дошел ли бы я до места. Высота в 3500 метров - для неподготовленного человека это, поверьте, очень тяжело.

Но все переживания и тревоги улетели прочь уже на следующее утро. Сбылась мечта. Красноголового снегиря поймал с первой же попытки. Сеть есть такая специальная, орнитологическая, ее установить - целое искусство. А тут - вечером выставил, а на рассвете там уже несколько местных птах трепыхалось, в том числе та, из-за которой я, собственно говоря, и проделал этот дальний и непростой путь. Ощущения непередаваемые. Птица изумительная. Спокойная по сравнению с нашими. Таких, между прочим, даже в научных коллекциях по всему миру можно пересчитать по пальцам. И это чудо у меня в руках! Первой была самочка. Три дня жила у меня в клетке. Я подкармливал ее привезенным из России зерном. Измерял, изучал повадки, записывал верещание. Это на картинках все снегири выглядят почти одинаково (ну кроме окраски), а когда держишь живую птицу в руках, сразу подмечаешь особенности. Вот у красноголового, в отличие от нашего, обыкновенного, более широкое крыло, строение хвоста другое, некоторые перышки подлиннее и т. д. Поют тоже чуть иначе.

Еще она работала у меня манком - привлекала своих сородичей, которых можно было фотографировать с близкого расстояния. Да-да, у этих птах довольно сильно развито чувство коллективизма. Они спокойно подлетают к клетке со своим товарищем, разговаривают. Естественно, после всех исследований я отпустил пленницу, как и всех других птиц, попавших в силки.

В районе Тукче мы пробыли неделю, отработали две точки. Я кроме своей непосредственной работы по изучению снегирей помогал Константину записывать голоса лесных птиц. Кстати, климат на высоте 3500 метров очень своеобразный. Сначала весьма бодрое утро (а вставали мы часа в четыре, чтобы успеть записать предрассветную распевку) – 5-6 градусов. Надеваешь на себя все, что есть. Как только выходит солнце, сразу начинаешь раздеваться. На какое-то время становится жарко, но недолго. Потом с гор сползают облака, тучки, приходит сырость, иногда дождь. Ветер задувает, а температура становится как утром.

Следующим пунктом нашей программы стала точка в районе деревушки Марфы. Там высота оказалась еще больше - 3700 метров. Константин по утрам убегал в горы (он и на 4500 себя чувствовал комфортно), а я выползал из палатки и изучал снегирей. Их здесь даже ловить не пришлось - сами прилетали каждый день, как по расписанию. Садились чуть поодаль, и, складывалось такое впечатление, изучали меня. Целый день одна и та же пара рядом с палаткой тусовалась, иногда они друзей приводили - до пяти особей. Я их спокойно фотографировал, записывал, рассматривал. Не работа - мечта. Мой напарник, видя эту картину, в шутку ругался: «Я там бегаю, ищу нужных мне птиц, а твои к тебе уже сами прилетают…»

Думаю, что привлекала их все-таки не моя личность, а куст какого-то плодового растения, типа жимолости, - они его бутонами лакомились.

 

Горный фитнес

 

- Из Мустанга я возвращался счастливым, но очень и очень уставшим. Хотелось уже все бросить и уехать домой. Останавливала только мысль о встрече с еще одним представителем рода снегирей, предполагаемым его прародителем - бурым, или, как его еще называют, непальским. Для меня это было бы просто фантастическим достижением! Три редких вида моих любимых птиц подержать в руках, иметь возможность их описать, сфотографировать и т. д - и все это в течение нескольких месяцев! Почему три? Дело в том, что незадолго до поездки в Непал проживающие в Германии мои друзья, возвращаясь из китайской командировки, подарили мне несколько сероголовых масковых снегирей.

Между прочим, в Европе снегирей разводят. Выведено уже много цветовых морф - есть белые, желтые, красные, палевые, пастельные... Там их модно держать дома, в клетках, как, например, канареек.

Так вот сероголовые дома у меня есть, с красноголовыми подружился в Мустанге, оставалось увидеть бурого - в национальном парке Лантанг. Это было невероятно утомительное, но просто потрясающее восхождение. Чтобы попасть в этот район, нам пришлось вернуться в Катманду, а потом вновь почти целый день ехать на автобусе до населенного пункта с поэтичным названием Сябру-Беси. Далее три дня на подъем, четыре - на спуск. Этот маршрут невысокой категории сложности, как я заметил, очень востребован у дам с лишним весом - они здесь, видимо, худеют. Своего рода горный фитнес. Кстати, сам я сбросил за время путешествия почти 15 килограммов.

Мы с Константином - а он также впервые был в этих местах - открыли для себя в Лантанге много нового, сняли и записали редких птичек. Вот, к примеру, белогрудый голубь - очень редкий, малоизученный вид. А здесь в одном из поселков он просто под ногами у нас ходил. Увы, непальского снегиря встретить не удалось.

 

О кровососущих

 

- Перед поездкой Константин говорил мне, что в тех местах, куда мы едем, нет ни комаров, ни клещей, ни других кровососущих существ, - теперь уже с улыбкой вспоминает Вадим. - В мае, когда он здесь бывал, возможно, и наблюдалась такая картина. В июне ситуация кардинально поменялась. Клеща он с себя сам снял, а мне на одной из точек мошкара все руки искусала. Комаров я, кстати, тоже там видел. Но все это затмила наша встреча с пиявками в Лантанге. После прохождения влажного леса на отдыхе в кафе у меня вдруг зачесалась коленка. Ну я потер. Увидел, что штанина в этом месте пропиталась кровью. Задрал гачу, а там ранка, аккуратная такая. Кровь удалось остановить только через пару часов. Выяснилось, что пиявки, проживающие в кучках мокрых листьев, буквально нападают на проходящих туристов. Уже потом я видел, как они это делают. Выползают из своего убежища, цепляются за обувь, потом заползают под гачу и присасываются к ноге. Мы, естественно, приняли меры предосторожности - заправили гачи в носки, ну и я по ходу старался следить за перемещениями пиявок, даже фотографировать их пытался.

 

В качестве послесловия

 

- К сожалению, серьезную работу по изучению снегирей сейчас почти никто не ведет, - сокрушается Вадим Ивушкин. - В Англии есть, правда, один ученый, но это пожилой человек, который уже почти забросил это дело. Он и занимался-то им, наверное, только потому, что обыкновенный снегирь гнездится прямо в Гарварде и мимо него трудно пройти - выходи из офиса и изучай. В Португалии озаботились сохранением еще одного вида, краснокнижного, - азорского снегиря (его самцы коричневого цвета, как самки), который живет только в одном месте, на острове Сан-Мигель (Азорские острова). А вот орнитологов, которых интересовал бы снегириный род в целом, похоже, уже и не осталось. Литературы тоже очень мало. Она в основном была написана в прошлом веке и издана на английском языке. А более свежую вообще не достать. Вот и приходится рассчитывать только на свои силы. По результатам всех моих поездок и исследований хочу выпустить книгу. Материала уже очень много, в том числе и фотографий. Кстати, на днях уезжаю на Алтай... Опять буду гоняться за снегирями.

 

Андрей Семакин

Копейка

Категории:  У костра
 

Артур

Вадим, ты молодчага! Хорошо рассказал. Мустанг и Бутан были самыми закрытыми королевствами на земле.

0 5

11.10.2017 11:47:22

вверх