Новости

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Пришелец из «Чёрной дыры»

[11.09.2019 / 09:18]

Ликвидацией накопленных отходов Байкальского целлюлозно-бумажного комбината займётся не АО «Росгеология», а другой подрядчик. По крайней мере, губернатор Иркутской области Сергей Левченко заявил, что такое решение будет принято до 15 сентября. Его версия выглядит идеальной: Росгеология не горит желанием исполнять контракт, а правительство России готово назначить нового подрядчика – ООО «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии», у которого есть опробованная технология. Но реальность расходится со словами: есть только письма в адрес федеральных властей, перспективы термолиза шлам-лигнина и других отходов комбината выглядят сомнительными, вопросы вызывает и логика замены государственного предприятия на компанию, цепочка учредителей которой заканчивается в офшоре.

Заявление о том, что планируется сменить подрядчика, отвечающего за ликвидацию накопленного загрязнения БЦБК, губернатор сделал на пресс-конференции 25 августа. На интернет-портале правительства Иркутской области новость об этом так и не была опубликована, однако Левченко процитировали многие местные СМИ. «Буквально позавчера разговаривал с предполагаемым исполнителем этого вида работ – «ГазЭнергоСтрой», – приводит, в частности, его слова газета «Областная». – Правительством РФ с моего согласия решение уже принято, что будет новый единый поставщик. Нижегородская организация имеет опыт по утилизации и более опасных веществ, в её арсенале довольно крупные подобные проекты. А та технология, которую они использовали, может пригодиться и здесь».

К ней мы ещё вернёмся, но прежде следует разобраться с теми работами, которые компания (вернее, группа компаний) уже выполнила. На официальном сайте ОАО «ГазЭнергоСтрой» значатся 336 реализованных проектов. Большинство из них – проектирование и монтаж объектов энергоснабжения и электрических сетей. Со сбором, транспортировкой и утилизацией отходов связаны только 37 проектов. Семь из них касаются обезвреживания шламов. Речь не о шлам-лигнине, который оставил после себя Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат, а о гальванических отходах и отходах, содержащих растворители. Тем не менее, губернатор Иркутской области настаивает на том, чтобы компании передали контракт по БЦБК. По какой причине? Отвечаем его же цитатой: «Новое руководство Росгеологии говорит о том, что для них это неспецифичная работа, поэтому они готовы отдать подряд другой компании. Получилась консолидированная позиция».

«Постоянно пытаются ужать по срокам»

«Подобные заявления начали звучать ещё весной, – отмечает руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы Юрий Фалейчик. – Но если раньше в них не было конкретики – только слова о том, что Росгеология не планирует продолжать работы, то теперь была названа определённая компания, которая должна стать подрядчиком. Сам генеральный директор Росгеологии нигде ни разу не обозначил своё отношение к делу, но его намерения всё время комментирует Левченко». Версия главы региона, которая изложена в письмах министру природных ресурсов и экологии России Дмитрию Кобылкину от 29 июля и президенту страны Владимиру Путину от 8 августа, сводится к тому, что государственная компания «крайне неудовлетворительно исполняет свои обязанности» по контракту на ликвидацию отходов БЦБК. На июньской сессии Законодательного Собрания Иркутской области Левченко заявил, что АО «Росгеология» не представило новую технологию утилизации шлам-лигнина, которая должна была быть готова к 1 июля.

Несколькими днями ранее, 16 июня, пресс-служба губернатора и правительства региона опубликовала релиз о том, что областное министерство природных ресурсов и экологии направило в адрес предприятия претензионные письма. Суть первого, датированного 10 октября 2018 года, сводилась к тому, что Росгеология не предоставила на согласование заказчику технико-экономическое обоснование и способы утилизации отходов БЦБК. Однако с учётом сложности поставленной задачи времени на изыскания и корректировку проектной документации у компании попросту не было – контракт был подписан в ноябре 2017 года. Так что 25 октября было подписано дополнительное соглашение № 2.

Согласно ему скорректировать проект нужно было до 30 июня 2019 года. Несмотря на то что 7 февраля Росгеология направила заказчику – министерству природных ресурсов и экологии Иркутской области – результаты изысканий, 5 марта со стороны ведомства последовало второе претензионное письмо. Третье ушло в адрес компании 4 июня. По информации пресс-службы «Серого дома», в ответ на него Росгеология предложила подписать дополнительное соглашение № 3, в котором были бы учтены результаты изысканий, выполненных ООО «ВЭБ Инжиниринг». «Корректировка документации в три этапа с учётом предложений АО «Росгеология» приведёт к увеличению сроков исполнения контракта с 2021 года до конца 2023 года, – было сказано в пресс-релизе. – При поддержке данного предложения не будут достигнуты установленные значения показателей результативности регионального и федерального проектов «Сохранение озера Байкал» на 2019 год».

Если рассматривать только изложенную версию, дело выглядит так, будто нерадивый подрядчик всячески затягивает сроки ликвидации загрязнения БЦБК, угрожающего уникальной экосистеме озера. О причинах происходящего в «Сером доме» умалчивают. Однако Байкальский центр гражданской экспертизы ещё 30 мая провёл слушания, на которые среди прочих был приглашён директор департамента экологических проектов Росгеологии Артём Полтавский. «Одна из основных проблем существующего контракта – то, что после принятия решения о необходимости корректировки нас постоянно пытаются ужать по срокам на проектирование, – рассказал он. – Хотя, если обратиться к действующему законодательству, только период согласования и прохождения всех необходимых экспертиз занимает 258 календарных дней. Изначально в дополнительном соглашении был установлен срок с 23 июля по 1 ноября 2018 года. Если говорить о реальном проекте, который даёт проработанные технические решения и снимает все вопросы, а не о его видимости, уложиться было нельзя».

Помимо этого инженерные изыскания показали, что работать предстоит далеко не в тех условиях, которые были оговорены в техническом задании. Во-первых, объём того, что реально накоплено в картах полигонов БЦБК, сильно отличается от указанного на бумаге. Речь, в частности, идёт о более чем 4,9 млн кубометров шлам-лигнина и других твёрдых отходов вместо 3,5 млн и 729 тыс. кубометров надшламовой воды вместо 2 млн. При этом в техническом задании не были учтены строительный и промышленный мусор в первой карте Солзанского полигона, а также осадок в щёлокосодержащей жидкости, накопленной в цехе очистных сооружений комбината.

«В связи с изменением объёмов необходимо внести изменения в техзадание, – пояснил Полтавский. – Заказчик должен нам сказать, делать ли проект на 3,5 миллиона кубометров твёрдых отходов, как было изначально, или на весь объём, выявленный в ходе изысканий. Необходимо получить ответ на вопрос о том, как работать с осадком щёлокосодержащей жидкости. Несмотря на то что мы являемся подрядчиком, мы не можем принять решение о том, что это за вид отходов: заказчик должен провести паспортизацию.

Нам также необходимо понимать, в каком виде мы должны передавать рекультивированные карты. Сейчас в техническом задании написано, что территория должна быть пригодна для использования в рекреационных целях, но, к сожалению, это не отвечает на вопрос о том, в каком виде должны быть эти карты – пустые, заполненные, сровненные с землёй. Это ещё один вопрос, который существенно влияет на проектное решение и объём финансирования». Подобных противоречий столько, что даже в природоохранной прокуратуре признали: недоработки есть с обеих сторон, но возложить вину за них на кого-то одного нельзя.

Умножение расходов

«Росгеология» при этом затратила около 300 млн рублей собственных средств на реализацию контракта. Компания не только выполнила корректировку проекта и проработала новую концепцию ликвидации отходов, но и подготовила площадку для опытно-промышленных испытаний технологий, заявки с которыми были собраны «ВЭБ Инжинирингом» на специально созданном интернет-портале. «Все технологии – лабораторные, и не факт, что они покажут точно такой же результат на полигоне, – пояснил Юрий Фалейчик. – Практически все пробы, которыми пользовались разработчики, были взяты из карты № 2 с удобным подъездом, а состав отходов в каждом накопителе уникален. Поэтому технологии нужно было сначала испытать, чтобы рассчитать все технико-экономические параметры и на их основе сделать реалистичный проект и посчитать смету». Однако за прошедшее лето это сделано не было – Росгеология была вынуждена приостановить работы до того момента, когда межведомственная рабочая группа, созданная под эгидой Министерства природных ресурсов и экологии РФ, подготовит комплексный план ликвидации отходов БЦБК. Указанное обстоятельство не помешало губернатору обвинить компанию в неудовлетворительном исполнении контракта и тут же подобрать нового подрядчика.

Это ООО «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии» – структура «ГазЭнергоСтроя». Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, её учредителем является общество с ограниченной ответственностью «Союзэнерго». Уставный капитал последнего принадлежит ООО «Континент». А «Континент» учредили две компании с Сейшельских островов: «Интерэнерго Энтерпрайс» и «Альянс Проджект». Иными словами, на место государственного холдинга, который курирует заместитель председателя правительства России Александр Гордеев, прочат общество с ограниченной ответственностью с уставным капиталом в 10 тыс. рублей. За которым к тому же стоят офшорные компании.

При всём том ООО «ГазЭнергоСтрой – Экологические технологии» не подавало заявку на портал, где аккумулировались предложения по утилизации отходов БЦБК. С другой стороны, компания завершает работы по ликвидации трёх объектов накопленного экологического ущерба в Дзержинске Нижегородской области, единственным исполнителем которых она стала в апреле 2016 года по распоряжению правительства России. Общая цена контракта, который был с ней заключён, превышает 4,1 млрд рублей. За эти деньги предприятие должно ликвидировать свалку промышленных отходов «Чёрная дыра», законсервировать шламонакопитель «Белое море» и провести техническую рекультивацию полигона бытовых отходов «Игумново».

Поскольку Левченко заявил «не о сжигании, а о доведении до высокой температуры», можно с полной уверенностью сказать, что в Байкальске могут применить ту же технологию термолизной деструкции, которая использовалась на свалке бывшего производства ОАО «Оргстекло». То есть на «Чёрной дыре», где, согласно конкурсной документации, было накоплено 71,5 тыс. кубометров жидких, пастоообразных и затвердевших отходов. Стоимость их ликвидации по контракту – почти 2,2 млрд рублей. Если пересчитать, получается, что на утилизацию только 4,9 млн кубометров твёрдых отходов БЦБК потребуется 149,7 млрд рублей. «Использовать более низкие расценки в Иркутской области «ГазЭнергоСтрой» не сможет, потому что сразу возникнет вопрос: а почему так дорого было в Дзержинске? – подчёркивает Фалейчик. – Соответственно, придётся всеми силами доказывать, что удельные затраты должны быть примерно того же масштаба».

По этой причине заявление Левченко о том, что компания сможет ликвидировать накопленные отходы БЦБК за те же 5,9 млрд рублей, которые изначально были заложены в контракте с «Росгеологией», выглядит как минимум чрезмерно оптимистичным. Особенно с учётом сопутствующих затрат, которых потребует термолиз. Дело в том, что с точки зрения физики это процесс сжигания отходов. Конечно, в презентации «ГазЭнергоСтроя», посвящённой ликвидации «Чёрной дыры», сказано об очистке дымовых газов, но в ней же упоминаются углеродно-шлаковый осадок и осадок водоочистки. А сжигать отходы без очистки выбросов до нормативного качества, равно как складировать и обезвреживать вновь образующиеся отходы за пределами специально оборудованных мест, в Центральной экологической зоне Байкальской природной территории запрещено. Выход – вывозить шлам-лигнин за её пределы. Ближайшее место – площадка в 17 га в деревне Быстрая, отведённая для размещения полигона твёрдых коммунальных отходов Слюдянского района. «Транспортное плечо – 75 километров, – продолжает Фалейчик. – Если взять самые низкие расценки на перевозку отходов, то мы получим несколько миллиардов рублей. При этом мы создадим гигантский трафик на федеральной трассе, которую придётся ремонтировать. Неизвестно, во сколько обойдётся обезвоживание отходов». Так что очистка Бабхинского и Солзанского полигонов БЦБК потребует значительно больше средств, чем предусмотрено в федеральном и областном бюджетах. Плюс необходимо будет решить вопрос с промышленной площадкой комбината.

«Других технологий – вагон и маленькая тележка»

«В Дзержинске термолиз оказался единственной альтернативой, – заключает руководитель Байкальского центра гражданской экспертизы. – В контракте так и было написано: он применяется потому, что отсутствуют другие технологии. В нашем случае это полная неправда. Других технологий – вагон и маленькая тележка». Однако опробовать их «в поле» в 2019 году не удалось из-за той позиции, которую заняли губернатор и правительство Иркутской области. «Мы в любой момент можем потерять федеральные средства, – констатирует председатель комитета по бюджету, ценообразованию, финансово-экономическому и налоговому законодательству Законодательного Собрания Иркутской области Наталья Дикусарова. – Если мы сейчас их не получим, то на следующий год они пройдут мимо нас. Вероятность того, что мы сможем получить эти деньги за счёт каких-то специальных решений, не больше десяти процентов».

Глава региона благоразумно не говорит о сроках ликвидации отходов БЦБК, ограничиваясь фразой о том, что действие федеральной целевой программы «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012–2020 годы» придётся продлевать. «Мы имеем пока только письмо губернатора о необходимости сменить подрядчика, – резюмирует председатель Законодательного Собрания Иркутской области Сергей Сокол. – Зачем? Где технология? Годится она или нет? Каковы следующие шаги? Мы даже не понимаем, кто в правительстве области отвечает за это: когда мы в феврале приезжали в Байкальск с сенаторами, министр природных ресурсов отсутствовал, а человек, которого он прислал вместо себя, не смог этого объяснить. А это вопрос, который должен курировать как минимум премьер или заместитель председателя областного правительства. Это важнейшая проблема, но мы не понимаем, кто за её решение отвечает».

В Росгеологии корреспонденту «Восточно-Сибирской правды» сообщили, что власти Иркутской области не уведомляли их о смене подрядчика. Чтобы это произошло, необходимо будет внести изменения в распоряжение правительства РФ, по которому компанию назначили единственным исполнителем контракта по БЦБК. «Ликвидация отходов химических производств, в принципе, не является нашей профильной компетенцией, – отмечают в Росгеологии. – Несмотря на это, мы ответственно продолжаем выполнять задачу, возложенную на компанию правительством РФ. В настоящее время совместно с Минприроды [России] и администрацией Иркутской области идёт поиск взаимоприемлемого решения, позволяющего в кратчайшие сроки приступить к ликвидации отходов». На этом настаивает и Законодательное собрание региона. ЗС направит председателю правительства РФ Дмитрию Медведеву и руководителю Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Светлане Радионовой письма о необходимости скорейшей рекультивации карт-накопителей отходов БЦБК.

 

Георгий Борисов

Восточно-Сибирская правда

Категории:  Расследования
 
вверх