Персона дня

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Капустенский Анатолий

      Председателю комиссии Общественной палаты Иркутской области по правам человека и контролю за деятельностью силовых структур Анатолию Павловичу Капустенскому исполняется 70 лет, и почти 50 из них он отдал укреплению законности и правопорядка в регионе. С редакцией «Восточки» Анатолий Павлович дружит очень давно, и какие бы посты он ни занимал – шефа милиции города, начальника УВД области или руководителя аппарата полномочного представителя президента страны, – к нему всегда можно было обратиться, когда газете или кому-нибудь из журналистов требовались помощь и совет. Мы привыкли видеть в нём прежде всего не представителя власти, а человека необыкновенной душевной щедрости и порядочности.
       В милицию Анатолий Капустенский пришёл после армии рядовым водителем с образованием восемь классов – в отставку же уходил полковником с должности начальника областного УВД. При этом его путь наверх вовсе не был прямым – может, потому, что по характеру он как раз слишком прям и ни при каких обстоятельствах не изменяет своим принципам. Делать карьеру Анатолий Павлович никогда, впрочем, и не стремился. Как ни высокопарно это звучит, но он просто хотел служить людям. «Помогать», – как он обычно выражался. С тех самых пор, как прочитал в детстве книжку Юрия Германа «Один год» про принципиального начальника уголовного розыска, которому удалось спасти ранее судимого от тюрьмы, доказав его невиновность.
       Наверное, поэтому, какой бы участок работы в милиции Капустенскому ни поручали, ему везде нравилось, ведь всюду находилась возможность помогать людям. Пока служил в родном городе Зиме, его всякий раз признавали лучшим по профессии – сначала среди участковых уполномоченных области, затем среди инспекторов уголовного розыска по делам несовершеннолетних.
       О тех годах Анатолий Павлович и сегодня вспоминает с тёплым чувством. «Участковый, – говорит он на полном серьёзе, – это ведь начальник милиции на своей территории». Как-то подвозил завуча местной школы, и она пожаловалась молодому милиционеру, что с ребятами сладу нет: хулиганят, воруют. Это был, правда, чужой участок, но не мог же Капустенский отказать из-за этого в помощи заслуженному учителю. Вскоре в той школе появился отряд юных друзей милиции, и вчерашние хулиганы с красными нашивками на рукаве с энтузиазмом взялись наводить порядок в учебном заведении, а заодно и за его стенами, помогая участковому. Однажды он даже с их помощью раскрыл убийство 17-летней давности, совершённое школьным сторожем в соседнем Черемховском районе. Это было, кстати, первое раскрытое им убийство.
       Уже в начале службы Анатолий Капустенский понял, что один милиционер, без поддержки населения, много не навоюет. Где бы он потом ни работал, всегда объединял вокруг себя людей, желающих помочь в наведении порядка. Уверяет, что таких энтузиастов – причём самых разных возрастов, от пионеров до пенсионеров – ему даже искать не приходилось: сами приходили и предлагали помощь. В Зиме молодой милиционер создал при горкоме ВЛКСМ первый оперативно-комсомольский отряд. Вместе с общественниками, своими ровесниками, каждый вечер проводил рейды, обследовал чердаки, подвалы и канализационные люки, навещал неблагополучные семьи.
       Спасали не только подростков из группы риска – порой удавалось свернуть с кривой тропы на правильную дорогу и достаточно взрослых людей. Анатолий Павлович до сих пор хранит письмо из Красноярска от одной молодой пары, которая обязана своим семейным благополучием инспектору уголовного розыска. В те годы в Зиме, как и во многих других сибирских городах и весях, жили выселенные из Москвы и Ленинграда пьяницы, тунеядцы и прочий асоциальный элемент. Один такой алкаш, которого Капустенский доставил в медвытрезвитель, вывернул перед ним душу в откровенном разговоре: у него есть девушка, она учится в Красноярске, верит в него, ждёт окончания срока ссылки, но без поддержки встать на ноги у парня не получается. Анатолий Павлович помог ему устроиться на работу и пообещал добиться, чтобы срок скостили наполовину. Конечно, при условии, что тот завяжет с пьянкой и принесёт со службы положительную характеристику. Инспектор уголовного розыска следил за своим протеже и радовался, что парень не упустил шанса начать новую жизнь. Даже девушке его написал, чтобы не сомневалась в своём избраннике, ждала его, потому что он того стоит.
       Но однажды ночью инспектора вызвал в райотдел дежурный: «Пришёл заявитель, утверждает, что совершено серьёзное преступление, но расскажет обо всём только вам». Это оказался «крестник» Капустенского: признался в том, что вместе с приятелями той ночью совершил хищение денег и спиртного из кафе.
       Только потом его совесть замучила и вместо того, чтобы идти бухать с компанией, он явился в милицию сдаваться. На судьбе парня можно было поставить крест. Но Анатолий Павлович подумал, что, если взялся помочь человеку, не стоит бросать его посредине пути. «Жалкое зрелище он из себя представлял, – вспоминает сейчас полковник. – Я был уверен: это последняя его выходка. Мог бы ведь и не бежать ко мне с признанием вины, и преступление осталось бы нераскрытым». Чтобы спасти от уголовной ответственности раскаявшегося грешника, Капустенский ходил тогда и к следователю, и к прокурору города. Для парня та история завершилась благополучно. А через несколько лет, когда Анатолий Павлович уже служил в областном центре, его нашло письмо с вложенной фотографией. На снимке его протеже снялся с женой и ребёнком. Молодые супруги писали, что живут счастливо, и благодарили милиционера за то, что принял их судьбу так близко к сердцу.
       Когда лучшего инспектора уголовного розыска по делам несовершеннолетних пригласили работать в аппарат областного УГРО, он и здесь первым делом обзавёлся общественными помощниками: руководил работой оперативно-комсомольского отряда, созданного на юрфаке Иркутского гос-университета. Что это были за ребята, становится ясно, как только назовёшь их фамилии: Александр Эдельман, Роман Биктимиров, Виталий Бартошевич, Николай Китаев – все они делали первые шаги в профессии под началом молодого офицера Капустенского, а впоследствии стали крупными руководителями, профессионалами сыска, асами в расследовании.
       В 1974 году Анатолия Капустенского назначили начальником уголовного розыска Кировского райотдела милиции областного центра. Раскрываемость преступлений, главный показатель милицейского усердия, в передовом тогда отделе перевалила за 98%. Анатолий Павлович очень скоро испортил эти прекрасные показатели, высосанные из пальца. Заявления граждан о совершённых преступлениях, как выяснилось, просто не регистрировались, скрывались от учёта. Доходило до того, что на крыльце стоял кто-нибудь из сотрудников и заворачивал каждого, кто мог подкинуть служивым работу. «Все заявления на стол, – потребовал новый начальник угрозыска. – Узнаю, что хоть одно обращение укрыто, – уволю». «Тут они как вывалят всё из своих столов, – смеётся Капустенский. – Представляешь, пятнадцать сыщиков – у каждого десятки заявлений, по которым надо возбуждать уголовные дела». Но тогда было не до смеха: «Начальник милиции схватился за голову: кто за такой бешеный рост преступности будет отвечать? И побежал жаловаться на меня в УВД области, требовать моего увольнения».
       Чересчур принципиального офицера вызывал генерал, намекал юнцу, что система, мол, такая: подобные укрытия не только в Иркутске, а по всей стране. Проводились совещания, слишком ретивого начальника уголовного розыска заслушивали старшие по должности. А он, вместо того чтобы оправдываться, стоял на своём и аргументы по молодости лет приводил странные: «Кутузов Москву сдал, чтобы людей своих сохранить. А я всего лишь процентами поступился, зато профессионалов от уголовной ответственности за подлог спас». В этом был весь Капустенский: ничто не могло заставить его отступиться от требований совести и закона.
       В тот раз молодого начальника взял под своё крыло умнейший и порядочнейший руководитель – начальник уголовного розыска области Алексей Жданов, чьим именем сегодня назван конкурс на звание лучшего сыщика полиции. «Сынок, ты прав, – сказал Жданов, закрывая эту тему. – Нам в уголовном розыске такие принципиальные люди очень нужны». И его стараниями Капустенский вернулся в областной аппарат, причём на один из самых ответственных участков – в отдел по особо важным делам. Через полгода, когда все успокоились, Жданов опять стал продвигать офицера с характером на руководящие должности: заместителем начальника по оперативной работе Иркутского РОВД, потом начальником Октябрьского райотдела областного центра. И везде Анатолий Капустенский требовал от сотрудников, вопреки традиции и глубоко укоренившейся в милиции «палочной» системе показателей, реальной борьбы с преступностью. «Мне орденов не надо было, – говорит он. – Мне лишь бы в глаза людям смотреть было не стыдно». Поэтому, куда бы он ни приходил, криминогенная обстановка на территории сразу осложнялась, а потом начинала медленно выравниваться.
       Не обходилось и без конфликтов: в милиции в то время работали зубры – опытные сотрудники, как правило, в званиях старших офицеров. Они знали себе цену и новые правила, установленные новичком в погонах капитана, принимали неохотно. В Октябрьском райотделе у 34-летнего капитана милиции Капустенского в заместителях ходили полковник и подполковник. В следствии трудились в основном майоры, которые не торопились выполнять завышенные требования выдвиженца. Сразу пять опытных сотрудников написали заявления с просьбой о переводе на другую работу, Капустенский их ходатайства удовлетворил. Разразился скандал: люди, не ожидавшие такого поворота, плакали и просились обратно. Дело дошло до начальника УВД области генерала Иванова. Владимир Дмитриевич – жёсткий руководитель, но очень дипломатичный человек – разрулил ситуацию, как всегда, мудро, заявив: «Если начальник райотдела согласится с вами работать – все останутся на своих местах». Конечно, начальник согласился, но с тех пор его требования подчинёнными воспринимались, как положено.
       С теми годами у Анатолия Павловича связано много и очень приятных воспоминаний. Молодой начальник милиции создал тогда в Октябрьском районе общественные пункты охраны порядка и нашёл таких же, как и он сам, неравнодушных к людям, болеющих за дело энтузиастов. Именно такой была не так давно ушедшая из жизни Лидия Ивановна Тамм, с которой они вместе руководили общественным пунктом № 1. «Как много было сделано для людей с твоей помощью! Спасибо тебе за это» – такие слова Почётный гражданин города Иркутска Лидия Тамм адресовала «настоящему милиционеру», как она назвала Капустенского, когда дарила ему книжку своих мемуаров. Трудные дети, неблагополучные семьи были в те годы общей заботой милиции и общественников. Однажды работающие в общественном пункте женщины даже раскрыли серьёзное преступление – кражу в одном из образовательных учреждений мелкокалиберных винтовок и полутора тысяч патронов.
       «Настоящий милиционер» Капустенский сделал Октябрьский райотдел передовым в городе и был избран народным депутатом районного совета. Конечно, всё это время он учился. Бывший милиционер-водитель Зиминского горотдела, который, поступив в органы, сел за парту вечерней школы, без отрыва от службы осилил сначала среднюю специальную школу милиции Хабаровска, затем получил диплом Омской высшей школы МВД и, наконец, окончил в Москве Академию МВД СССР. После чего вернулся в регион, где возглавил отдел по особо важным делам областного уголовного розыска. Под его началом работали тогда асы уголовного сыска, среди которых, кстати, оказался и его первый шеф – бывший начальник зиминской милиции Василий Ляшенко. Тот самый, который, принимая его на работу водителем, прозорливо наставлял: «Учись, парень, не вечно тебе «баранку» крутить». По раскрытию убийств область тогда вышла в пятёрку лучших регионов в СССР.
       А Капустенский был назначен начальником управления охраны общественного порядка УВД области, стал руководить сотрудниками, которые находятся в непосредственном контакте с населением: участковыми, постовыми, автоинспекторами и другими. Тогда же он впервые создал при управлении телефон доверия, куда любой мог анонимно обратиться с информацией о совершённом или готовящемся преступлении. Помнится, эта инициатива была воспринята в обществе весьма неоднозначно. В прессе даже поминали 1937 год и критиковали новатора за то, что он якобы поощряет анонимные доносы. Капустенский свою идею тогда отстоял, а сегодня без телефонов доверия не мыслит собственную работу ни одна правоохранительная структура.
       Когда Анатолия Павловича назначили заместителем начальника областного УВД, отвечающим за ситуацию в Иркутске и его окрестностях, городского управления милиции, как сейчас, с большим штатом сотрудников и всеми обеспечивающими службами, не было и в помине. «За общественный порядок в областном центре в те годы ответственность несли не только прокуратура, милиция и суд, но также партийные и советские органы. Сильная была поддержка, особенно со стороны первого секретаря горкома КПСС Виктора Демещика. Вместе нам многое удалось сделать для обеспечения безопасности иркутян», – вспоминает Капустенский.
       Совсем другая обстановка была в то время в Республике Якутия, куда Анатолий Павлович отправился вскоре первым заместителем министра внутренних дел. Милиция в республике работала совершенно бесконтрольно: за 11 лет, предшествующих его назначению на должность, не было ни одной проверки из МВД Союза ССР. Преступления зачастую просто не регистрировались, даже в столице. А по тем, которые попали в журналы учёта, никакой работы всё равно не проводилось. «Национальные кадры, – говорит Капустенский многозначительно. – Стоило ужесточить спрос, и меня начали упрекать в том, что я не понимаю особенностей национального характера. Тут требовался какой-то особый подход к людям». Как ни странно, не склонный к дипломатии, прямолинейный офицер нашёл его легко. Приехала бригада из МВД СССР, и 30 проверяющих выявили более сотни нарушений, потребовав освободить практически все ответственные посты в республиканском министерстве. Тут «варяг» Капустенский и удивил сотрудников с «особенностями национального характера»: попросил представителей Союзного МВД никого не увольнять и заверил, что сам наведёт порядок в кратчайшее время. После чего министр внутренних дел республики заявил своему заместителю: «Теперь ты для якутов отец родной». Противостояние на этом закончилось, местные руководители признали власть и авторитет «варяга».
       Через полтора года губернатор Иркутской области Юрий Ножиков позвонил в Якутск и попросил Анатолия Павловича вернуться на родину и возглавить милицию, где в то время было много проблем. Ветераны органов внутренних дел, руководители общественных организаций, профес-
       сионалы в офицерских погонах опубликовали в «Восточке» письмо, где выражали полковнику Капустенскому доверие и ходатайствовали о его возвращении в Иркутск. Но тут случилось происшествие, которое опять поставило упрямого полковника на грань увольнения из органов.
       В столице Якутии преступники захватили самолёт, разоружили конвой и потребовали лететь за границу, где они собирались попросить политического убежища. На борту было больше сотни пассажиров, в том числе дети. Горячие головы лезли с предложением захватить самолёт. Первый заместитель министра внутренних дел Якутии Капустенский, который руководил операцией и вёл переговоры с угонщиками, не пошёл на такой риск – штурм самолёта неминуемо обернулся бы человеческими жертвами. Он выпустил воздушное судно, которое приземлилось в Пакистане, как и требовали преступники. Это решение было беспрецедентным для того времени. Союзное МВД грозилось освободить всех причастных к этой «проваленной» операции от занимаемых должностей. Когда Анатолий Павлович позвонил в Иркутск Ножикову и объяснил, что принять лестное для него предложение вряд ли сможет из-за грозящих ему неприятностей, Юрий Абрамович ответил, что своих обещаний назад не берёт. За руководителей МВД республики вступился и её президент, заявивший, что сам разберётся, кого и как наказывать за угнанный вместе с заложниками самолёт. К слову сказать, все пассажиры захваченного судна вскоре вернулись из Пакистана живыми и здоровыми, а угонщики, пытавшиеся попросить за границей убежища, оказались в тюрьме. Когда Анатолий Павлович поднялся на борт приземлившегося в Якутске самолёта, чтобы просить у людей прощения за то, что им пришлось пережить, пассажиры встретили его словами горячей благодарности: они оценили его решение, спасшее им жизни.
       Заслуженный работник МВД России, Государственный советник РФ 2-го класса Анатолий Капустенский так и не стал генералом. За верную полувековую службу населению региона он награждён 12-ю медалями. Но самая дорогая для него награда – искренняя признательность многих простых людей за помощь в трудную минуту. Анатолий Павлович считает себя счастливым человеком, ведь ему удаётся жить так, как он мечтал ещё в далёкой юности, когда впервые примерил на себя милицейскую шинель, – помогать людям.
      
       Людмила Бегагоина
       Автор фото Николай Бриль
       Восточно-Сибирская правда
 

Михаил

Анатолий Павлович, я опер розыска (бывших не бывает?), Кировский-Нижне-Илимский, поздравляю с днем рождения и желаю Вам здоровья!

0 0

25.01.2012 20:19:22

мосов н.к.

Здоровья Вам

0 0

03.01.2012 12:53:14

Александр

Поздравляю с днём рождения и наступающим новым годом, дорогой друг!

0 0

29.12.2011 4:25:49

ермак

Настоящий человек!Ещё и отличный глава семейства, муж приекрасной порядочной женщины - Натальи Степановны! Благополучия этой семье и многие лета!

0 0

28.12.2011 14:47:27

Сергей

знаю Анатолия Павловича и по службе и после.
Подтверждаю - реально настоящий, порядочный человек. В отличие от многих никогда не был шкурником. Таких милиционеров среди нынешних руководителей в МВД сейчас точно нет.

0 0

21.12.2011 11:06:18

юрий

Так держать товарищь генерал!

0 0

21.12.2011 9:48:58

вверх