Персона дня

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Павлов Александр

Радуюсь тому, что имею
   
Они окружают нас со всех сторон, живут рядом с нами. Мы их видим, касаемся, но не слышим. В их мире нет звуков. В нем много планов, страхов за свое будущее, эмоций, переживаний… и тишины...
       Эта школа была создана в 1930 году и сначала находилась на улице Дзержинского. В 1963 году ее перевели в предместье Радищево на улицу Нестерова. Школа дает основное общее образование. Дети с отклонениями в умственном развитии обучаются девять лет и получают свидетельство об окончании коррекционных классов. Остальные - аттестат об основном общем образовании, что дает им возможность дальше получать среднее образование. Выяснилось, что в этой замкнутой от внешнего мира стране безмолвия есть свои традиции, чемпионы, лидеры, призеры России, своя жизнь и вообще много своего, что есть только этой школе. Здесь живут и учатся слабослышащие и глухие дети, которых собрали со всей области...
       В чем-либо ограниченный природой человек, всегда чувствует свою ущемленность и в меру сил пытается расширить рамки ограничения. Он пытается адаптироваться в окружающем мире, который нередко бывает к нему несправедлив, жесток и равнодушен. Дети свою обделенность чувствуют острее взрослых. Но этим детям здесь не одиноко, потому что они вместе и со взрослыми, которые помогают им понять друг друга и себя. Пока им этого достаточно. Они лишены одной из сигнальных систем – слуха и поэтому другие у них обострены. Когда они выезжают в город, то стараются держаться вместе и надеются только друг на друга.
       Я встретился с директором школы и лишь ненадолго прикоснулся к миру, в котором часто чувствуют, видят и понимают больше, чем могут сказать.
      
       Корр: Как начиналась ваша преподавательская деятельность?
       Александр Павлов, директор школы: В 1995 году я закончил Иркутский пединститут, отработал один год на Ново-Иркутской ТЭЦ слесарем третьего разряда - нужно было содержать семью. После этого три года был преподавателем математики и информатики общеобразовательной школы в поселке Прибрежный Братского района. Оттуда меня пригласили директором Илирской коррекционной школы, где работал два года. Там было 102 ребенка и все они сироты. Потом в Иркутске на место директора школы глухих и слабослышащих был объявлен конкурс, и я решил принять в нем участие. Вот так оказался здесь.
       Корр: Что за дети учатся в вашей школе, какие программы, чем она отличается от других школ?
       Александр Павлов: Сегодня в школе 145 детей. Из них 74 ребенка из города Иркутска и 71 - из городов и районов области. Для детей во время учебного года организованно постоянное проживание в школе с 1 сентября по 30 мая. В каникулы они выезжают домой. Обучение проводится по специальным программам для глухих детей. С пятого класса начинается обучение по нормальным общеобразовательным программам. Единственная разница у нас в том, что дети за десять лет обучения получают образование, которое в обычной школе проходят за девять лет. То есть дается дополнительный год на восполнение пробелов, связанных с отсутствием слуха.
       Корр: В чем сложность обучения глухих и слабослышащих детей?
       Александр Павлов: В отсутствии общения, отсутствии наиболее важных, значимых анализаторов. Восприятие информации происходит без слуха. Когда ребенок не воспринимает на слух информацию, у него остается только зрение – что увидел, то и запомнил.
       Корр: Какие проблемы встречаются при обучении детей-инвалидов?
       Александр Павлов: Основной проблемой является невозможность раннего обеспечения слуховыми аппаратами. Они достаточно дорогостоящие. Цена доходит до 50 тысяч рублей одного индивидуального аппарата. Есть, конечно, аналоговые от полутора до десяти тысяч рублей, но они не отвечают необходимым требованиям.
      
       Иркутское отделение Российского детского фонда, выполняет пятилетнюю программу "Глухие дети". Ежегодно в слуховых аппаратах нуждается 30-40 детей, к настоящему времени 890 детей-инвалидов получили в подарок слуховой аппарат мирового класса. Стоят 64 аппарата около 500 тысяч рублей. Финансировал программу генеральный спонсор Детского фонда ОАО "Иркутскэнерго". Программа "Глухие дети" на этом не завершена.
      
       Корр: А если бы школа была смешанной, то есть наряду с вашими были бы классы с обычными детьми, мог бы результат быть другим?
       Александр Павлов: В этом случае дети бы легче адаптировались в обществе. Что касается обучения, то у них разные программы, хотя есть и такое мнение, что совместное обучение с обычными детьми стимулирует глухих. Для общения с глухими детьми также важно общение в семье и особенно с родителями. Здесь в школе у них достаточное общение. Мы их вывозим в различные кружки – в Дворец творчества, в музеи, театры. Летом они выезжают в лагеря, где вместе с ними отдыхают слышащие дети. Когда-то, видимо, посчитали необходимым разделить слабослышащих и глухих детей от остальных. Для этого образованы свои программы, обучены специальные люди – сурдопедагоги.
       Корр: Зданию школы сорок лет. Но жизнь динамична. Сегодня и современная школа не стоит на месте. У вас нет потребности в новых помещениях, в каком-то дополнительном оборудовании, столярная мастерская там, еще, то-то? Общество развивается. Например, компьютерные классы уже не диковинка, а необходимость.
       Александр Павлов: Здание у нас типовое и было построено именно для школы глухих детей. Но, действительно, современная жизнь вносит свои коррективы, появляются новые требования к зданию школы, к оборудованию и так далее. Раньше у нас обучалось до двухсот детей, и было очень тесно. В советское время в коридорах стояли кровати. Сейчас детей 145 и у нас хватает места и в спальной, и в столовой и учебных классов достаточно. Но сегодня нужны помещения и под компьютерный класс и сам компьютерный класс. По базовому учебному плану, разработанному для наших учреждений, идет образовательная область, допустим, технология. Для ребенка это может быть общественно-полезный труд, какие-то производственные или компьютерные технологии. Мы в своей мастерской можем дать некоторые производственные технологии, а компьютерные - нет, потому что нет самих компьютеров. Учитывая то, что у нас классы по 6-8 детей, соответственно и компьютерные классы могли бы быть такими же небольшими. Хотелось бы иметь нормальный спортивный зал. В школе он при строительстве даже не был предусмотрен. Хотя наши дети достаточно хорошо увлечены спортом. На прошлой неделе, например, мы заняли первое место среди городских школ Иркутска в среднем возрасте по лыжным гонкам.
       Корр: Вообще у нас отношение к детям-инвалидам в некоторых вопросах, какое-то странное. Они и так уже ущемлены, получив природный недостаток, а тут еще и общество иногда пытается их ущемить. То есть для детей без физических отклонений большие светлые классы, спортзалы, школьные дворы. А для инвалидов детства все, как бы в миниатюре, хотя им требуется все то же самое, что и здоровым детям.
       Александр Павлов: Я скажу, что в отличие от физически здоровых детей детям-инвалидам требуется еще больше. Ведь им нужно не только обучение, но и реабилитация, иногда усиленные занятия, физические нагрузки. К тому же не надо забывать, что если основная часть выпускников из общеобразовательной школы получает средне-техническое и высшее профессиональное образование и находит себе применение не сфере ручного труда, то у наших детей не всегда такие возможности есть. Им приходится адаптироваться именно там, где нужен ручной труд – столярное дело, шитье. Для того чтобы их подготовить, брать часть этого обучения на себя в школе и не отдавать в профессиональный лицей, где им за два года дадут специальность, можно планомерно готовить, начиная с пятого класса прямо здесь. А для этого нужны нормально оборудованная слесарная, столярная, швейная мастерские. Конечно, есть столярная и швейные мастерские, но оборудование желает быть лучшего.
       Корр: У нас в государстве, что при советской власти, что сегодня всегда мало денег. Но дети с физическими отклонениями, если честно, требуют больше внимания, занятий, затрат. А вот вам денег хватает?
       Александр Павлов: Если оглянуться на несколько лет назад, то могу сказать, что раньше с финансированием было гораздо трудней. Сейчас я вижу позитивные процессы в народном образовании. Главное управление образования ежегодно перечисляет нашей школе средства на приобретение слухового оборудования. В этом году установили групповой слуховой тренажер стоимостью 99 тысяч рублей. В прошлом году закупили аппаратуру для кабинета ритмической гимнастики. То есть ежегодно идет переоборудование. Город нам тоже нет-нет помогает. В прошлом году выделили деньги на ремонт умывальных комнат.
       Корр: А сколько всего нужно денег на ремонт школы?
       Александр Павлов: Здесь бы вообще надо капитальный ремонт провести, но мы об этом уже и не мечтаем. Остаточная стоимость здания на 2002 год – 12 миллионов рублей. Сколько нужно денег на капитальный ремонт даже не представляю, хотя понимаю, что дорого. Только на две умывальные комнаты пришлось затратить 150 тысяч. В этом году на ремонт двух душевых планируется 120 тысяч. Если на каждый класс посчитать по 100 тысяч, а у нас их 23, и еще спальные, столовая… то миллиона три, наверное, нужно.
       Корр: Родители, чьи дети здесь учатся и живут вольно или невольно, наверное, помогают школе. После того, как у нас вместе с советской властью исчезли подшефные школы, детские сады и спортивные клубы, потому что первыми исчезли шефы, стали появляться спонсоры. Это такие богатые, иногда не очень богатые дяди, которые совершенно бескорыстно стали помогать нуждающимся. Сегодня спонсоры и меценаты стали неотъемлемой частью нашей жизни. Вашей школе спонсорам, бизнесменам, олигархам удалось чем-либо помочь?
       Александр Павлов: Сегодня помочь могут как раз они – бизнесмены, деловые люди. То есть люди, у которых власть, положение в обществе, в бизнесе, финансовая независимость. Они способны оказывать достойную помощь. В прошлом году значительную помощь нам оказало несколько спонсоров. Например, игровую комнату помогали обустраивать общественная организация «Искусство жизни», Ростелеком, Иркутский лакокрасочный завод, салон встроенной мебели «Стенли», Иркутская литейная компания.
       ОАО «Знак И» помогло мебелью для столовой, город Иркутск на 40 тысяч рублей провел противопожарные мероприятия, выделил спортинвентарь на 20 тысяч рублей.
       Хотелось бы сказать большое спасибо председателю Законодательного собрания Геннадию Васильевичу Истомину, генеральному директору ОАО «Иркутскэнерго» Владимиру Васильевичу Колмогорову. ОАО «Иркутскэнерго» оказало нам вообще неоценимую помощь. Они приобрели нам спальную мебель, кровати.
       Корр: А что у вас раньше не было кроватей?
       Александр Павлов: Полная поставка кроватей, наверное, была только в 1963 году. С тех пор прошло сорок лет. Естественно кровати приходили в негодность, сетки от эксплуатации провисли, дети переломали спинки. Конечно, кровати понемногу завозились, но были разных моделей. Так что за годы эксплуатации здесь накопилась огромное количество каких-то невообразимых кроватей, которые шатались, разваливались. Персонал их пытался ремонтировать, подвязывать, подваривать. Но вид был все же не самый лучший. А в прошлом году энергетики заменили почти все кровати. Теперь требующих замены осталось только восемь. Причем все так удачно получилось, что в спальных комнатах даже светлей стало.
       Корр: От кроватей что ли?
       Александр Павлов: Дело в том, что раньше у нас все кровати были одноярусными, стояли плотно, а помещения не очень большие, пройти просто невозможно, потому что почти нет проходов. Вот и представьте, как дети мучались. А им нужно было выходить, заходить. Благродаря энергетикам нам удалось купить одноярусные и двухъярусные кровати и разгрузить площади. Теперь в спальнях просторно и светло. Это очень важно, потому что дети должны не только обучаться и получать полноценное питание, но и отдых и сон.
       Корр: Я понимаю, как это трудно просить помощи у богатых, которые не только плачут, но им всегда и денег, почему-то не хватает. В Иркутскэнерго не говорили, что это не их дело и школы должно содержать государство?
       Александр Павлов: Нет, энергетики сразу откликнулись и речи о том, что они не помогут даже не было.
       Корр: Это разовая акция Иркутскэнерго или они обещали и дальше вам помогать?
       Александр Павлов: Надежда у нас есть, тем более они работают напрямую с иркутским отделением «Детского фонда», являясь генеральным спонсором этой организации. Хочется верить, что они согласятся помогать нам и в дальнейшем, хотя, если и откажут, то мы не будем в обиде. Мы же понимаем, что кроме нас в государстве много нуждающихся.
       Корр: Вот вы закончили обычный пединститут и надо полагать, собирались работать именно с детьми. Конечно, дети везде остаются детьми, но ваши подопечные все же не такие, как все и язык общий найти не так просто. Вам не тяжело с ними работать?
       Александр Павлов: Я перестал об этом задумываться, когда работал в поселке Илир. Конечно, я не могу работать преподавателем русского языка, потому что меня готовили математиком. Но когда приехал в Илир и стал директором коррекционной школы, то понял, что в этом небольшом хозяйстве должен создать условия для сирот, которые оказались обделенными дважды - физически и без родителей. Сегодня у директора школы несколько сменился спектр деятельности. Он и управленец, и хозяйственник, и организатор. А такая школа как наша или соседняя для слепых и слабовидящих, это вообще маленькое замкнутое государство со своей жизнью.
       Корр: А с местным населением у ваших подопечных конфликтов не возникает? Это же всегда так было, что если рядом детдомовские или интернатские и местные, то между ними всегда возникают конфликты, конкуренция.
       Александр Павлов: Наши дети, не сказать, чтобы сильно ограничены природой для негативных возможностей, или они иначе воспитаны, но у них гораздо меньше потребностей лазить к соседям, конфликтовать или хулиганить. Они живут в школе своей жизнью и им достаточно общения между собой.
       Корр: Вас устраивает то, что вы делаете или хочется чего-то еще?
       Александр Павлов: В жизни всегда чего-то хочется. Но я утром просыпаюсь счастливым оттого, что у меня есть эта работа и эти дети.
       Корр: Вас устраивает работа с глухими детьми?
       Александр Павлов: Да, меня устраивает то, что я работаю с моими детьми и с моим коллективом.
       Корр: Чего бы вам еще хотелось лично для себя?
       Александр Павлов: У любого человека желаний всегда много. В моем возрасте чего-то хотеть еще (пожимает плечами), думать о карьерной лестнице... нет... Для своих тридцати лет считаю достаточным того, что имею.
 
вверх