Персона дня

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Михаил Винокуров

Кодекс ректора

 

В октябре прошли выборы нового ректора Байкальского государственного университета экономики и права, одного из крупнейших в Сибири. В списке претендентов не было профессора Михаила Винокурова, бессменного ректора в течение последних 27 лет.

Сегодня ему исполняется 65 лет – предел, который невозможно преступить в этой должности. Но это, как считает коллектив, не повод для расставания с вузом, который он вывел в одно из престижных учебных заведений в стране. Пока он избран научным руководителем, а в будущем, не исключено, станет почетным президентом.

– За годы вашего ректорства бывший скромный нархоз разительно преобразился. Только число учебных корпусов и зданий возросло с семи до 70, я уж не говорю о целой армии докторов наук, которой может позавидовать и столичный вуз. Впечатляющие темпы развития! Вы объясняете это…

– …правильно выбранной стратегией и умением претворять ее в жизнь. Чем в первую очередь определяется ценность вуза? Качеством преподавания. Когда я стал ректором, у нас было всего три доктора наук. И первое, что я сделал – стал добиваться создания собственных диссертационных советов, одновременно оказывая поддержку молодым докторантам. Настоял, чтобы им из средств университета выплачивали полноценную зарплату доцента, освободив от учебной нагрузки. Все это способствовало тому, что сейчас у нас в штате 90 докторов наук. Только благодаря такому мощному научному преподавательскому потенциалу мы способны обучать в стенах нашего университета 28 тысяч студентов.

– Оглядываясь назад, можете сказать, какая наибольшая сложность была в вашей ректорской деятельности?

– Совместить обязанности ректора с научной работой. Я по природе ученый-экономист, а ректор – это в первую очередь хозяйственник. 70 процентов времени уходит на рутину: где деньги добыть, какой проект нового корпуса выбрать, где разместить иностранных профессоров… Нельзя сказать, что я уж совсем забросил науку. Все-таки за время ректорства мною написано около 200 научных работ, издано более десятка книг. Но я чувствую, что можно было сделать больше. И вот, наконец, получил возможность полностью отдаться желанному делу.

– Засядете за очередную книгу?

– Считайте, уже засел. Хочу проследить эволюцию труда. От простого к сложному. В конце концов, только труд создает богатство страны, да и любого общества.

– У нас в стране труда вроде бы много, а вот богатства почему-то не прибавляется. Вы согласны?

– Соглашаюсь не я, соглашается статистика. С точки зрения экономики, мы, конечно, карлики: всего чуть более двух процентов мирового ВВП. Третий год топчемся на месте, темпы прироста ВВП мизерные. Нам при наших возможностях и политических амбициях, и амбициях, я считаю, правильных, нужно иметь 12–15 процентов ежегодного прироста валового продукта. И это не фантастика. При наших огромных природных ресурсах это вполне достижимо. Только надо эти ресурсы разумно использовать. На одном природном газе, выжав из него все ценнейшие компоненты, а уж потом пуская в трубу для отопления Европы, мы могли бы создать мощнейшую химическую промышленность. Та же история с лесом. Продавать его необработанным, в виде кругляка, как сейчас делается, да это же верх расточительности. По сути, грабим самих себя.

– Это не мешает росту в стране миллиардеров. По их числу мы, кажется, догоним скоро Соединенные Штаты.

– А надо бы заботиться о приросте материально состоятельных людей, рядовых миллионеров. Это тот средний бизнес, который и создает основное богатство. Для справки: в тех же Штатах число миллионеров составляет 17 миллионов, во Франции с населением в 66 миллионов человек – их два миллиона, в Англии – 1,8 миллиона на 64 миллиона человек населения, а у нас всего-навсего 140 тысяч на всю 150-миллионную Россию. Ладно, можно было бы смириться с миллиардерами, коль мы уж их породили, если бы они инвестировали свои капиталы в отечественное производство. Но ведь этого не происходит. Деньги стремительно, можно сказать, галопом уносятся в оффшоры. Вот что обидно. О каком экономическом развитии можно говорить, когда у нас финансовая дорога с односторонним движением. Супермаркеты, бизнес-центры, логистические конторы – это виртуальный продукт. А нужен материальный.

– Свой инвестор убегает за границу, а иностранный боится вкладывать?

– Он даже не боится, а не знает, куда вкладывать. Он не знает страны, не знает ее потребностей, не знаком с ее экономической структурой. Поэтому я не устаю повторять: стране нужен Госплан.

– Госплан?

– Не пугайтесь, нужен не тот Госплан, который в прежние времена командовал каждой гайкой, а координирующий центр. Он должен иметь на вооружении долгосрочный план экономического развития, все перспективные направления и рекомендовать бизнесу наилучшие варианты вложения капитала, предоставляя при необходимости льготы и преференции. В Китае, например, от Госплана и не думают отказываться, он у них дирижирует всей экономической жизнью, направляя инвестиции в наиболее перспективные отрасли народного хозяйства. Но прежде чем создавать такого дирижера, надо четко определиться со специализацией. Как вы думаете, американцы способны полностью обеспечить себя телевизорами?

– Ну еще бы, конечно, способны.

– Но производят их в совершенно незначительном количестве. А зачем больше, когда есть страны, где это делают лучше. Зато американцы выпускают в большом количестве первоклассные военные и пассажирские самолеты, пользующиеся спросом во всем мире. Интегрируясь в мировую экономику, Россия должна забыть старую привычку жить натуральным хозяйством, производя всю номенклатуру товаров от А до Я, а сконцентрировать свои усилия на развитии тех отраслей, продукция которых успешно завоюет рынок. А мы как васнецовский витязь, застывший на распутье, годы идут, запасы нефтедолларов истощаются, а мы все не можем решить: на чем же остановить свой выбор, как правильно расставить экономические акценты. Поэтому даже создай Госплан сейчас, мы его оставим без работы.

– Вы считаете, не было смысла отметать все социалистические методы управления  в угоду рыночным отношениям?

– Системы управления и идеология – это разные вещи. От хороших систем управления грех отказываться. Я бы, например, восстановил пятилетки. Они выполняли две функции. С одной стороны, это был развернутый долгосрочный план, в котором расписывались последовательные шаги промышленной и социальной политики, с другой, это был точный индикатор, сигнализирующий об отклонениях от избранного курса. Зачем же такой отличный инструмент предавать анафеме. Мы же не архиреволюционеры образца 17-го года, которые хотели даже Пушкина сбросить с «корабля истории».

– Вы коренной сибиряк и ваши симпатии к этому краю вполне понятны. Не так давно прошла презентация изданной во Франции первой части экономической «трилогии» «Экономика Сибири», написанной вами совместно с нынешним ректором Александром Суходоловым и охватывающей первые десятилетия прошлого века. Чем заинтересовал вас столь отдаленный период?

– Сибирь без преувеличения можно назвать колыбелью российского капитализма. Здесь в начале ХХ века наблюдались самые высокие темпы развития. Промышленное производство прирастало по 15–20 процентов в год, то есть так, как оно должно прирастать сейчас. Причем безо всякого газа и нефти, исключительно на выпуске натурального продукта. Приведу лишь один факт: перед первой мировой войной 90% сливочного масла, которое Россия экспортировала, и которое превосходило по качеству любое другое, производилось в Сибири. Доходы от его продажи в четыре раза превышали доходы от золотодобычи, которые, надо сказать, тоже были немалые. Это наглядный пример правильно выбранной специализации и умелого использованию французских инвестиций. Не забывать былое, а учиться на нем. Вот задача, которая двигала нами при написании книги.

– Сейчас все рвутся в экономисты и юристы, так сказать, дань времени. Но ваша юность пришлась на годы, когда физики спорили с лириками. Неужели не увлекло?

– Еще как увлекло. Я на чердаке нашего деревенского дома оборудовал целую астрономическую обсерваторию. Немудрящий телескоп, всего лишь с 20-кратном увеличением, карты звездного неба. Даже собаку нарек Спутником. Я, как стемнеет, на чердак, и он скулит, но лезет по лестнице вслед. Насмотришься на звезды, спустишься в избу, а там разговоры о налогах, процентах, кредитах. Отец-то у меня был председателем колхоза. Сначала эта сельская экономика завлекла моего старшего брата в нархоз, а потом и меня. Хотя к звездам я до сих пор испытываю теплые чувства (смеется).

– Какой уж год у нас в стране идет образовательный бум. Когда-то добивались всеобщего среднего образования, сейчас лозунг дня «Даешь всеобщее высшее». Идет ли это на пользу дела?

– Всеобщее высшее образование – это хорошо, но рано для нас. Сейчас вузы стремятся набрать как можно больше студентов, поскольку финансирование идет от численности. И держат отпетого двоечника, боясь его отчислить, чтобы не срезали государственное субсидирование. Какой из него специалист? Да никакой. Мое твердое убеждение, в вузах должны учиться наиболее способные. Тридцать, максимум сорок процентов выпускников школ достойны высшего образования. Сколько стране нужно инженеров, легко рассчитать. В мире есть устоявшийся принцип: один техник на семь-восемь рабочих, на четыре техника – один инженер. Давайте придерживаться этого принципа. И максимум бесплатного образования.

– Но тогда все кинутся в вузы?

– Пусть кидаются. Во Франции, где обучение в университетах бесплатное, любой желающий имеет право подать заявление и поступить на первый курс любого университета. Но уже в течение первых трех семестров обучения происходит естественный отбор: способные остаются, неспособные отсеиваются. Как правило, из 100 человек остается 30–40. То есть та пропорция, о которой я говорил. Я считаю, это честный и справедливый принцип, который бы следовало позаимствовать и нам. Конечно, при условии государственного финансирования, зависящего не от численности, а от полноценных образовательных нормативов. Если требуется для обучения одного студента 20 тысяч долларов в год, давайте и будем выделять эту сумму, а не нынешние крохи. Тогда и у вузов отпадет необходимость держать балласт.

– За 27 лет вы наверняка выработали для себя кодекс ректора, которому необходимо следовать, чтобы не уронить столь высокое звание. В чем, на ваш взгляд, он состоит?

– Во-первых, не бояться, не уходить в сторону, а брать на себя решение сложных вопросов. То есть быть твердым, ответственным человеком. Во-вторых, уметь рисковать. Когда мне говорят: ой, может, не надо, как бы чего не вышло, я мысленно посмеиваюсь: милые вы мои, я же не на ромашке гадаю, я экономист и уже просчитал в голове все риски. И в-третьих, не строить из себя барина, который с вышестоящими подобострастен, а с нижестоящими свысока. Без искренности взаимоотношений с людьми не построишь. Как говорил Сент-Экзюпери, который тоже любил звезды и даже придумал своего звездного мальчика: умный человек это тот, кто говорит на языке тех, с кем разговаривает. Ну и, конечно, надо быть честным. В чем беда некоторых наших руководителей: добрался до власти – начинается личное обогащение. Я считаю, порядочность не могут заменить никакие научные или государственные заслуги.

– Вы забыли еще одно свое качество – стремление создать в вузе интеллектуальную атмосферу. Вы превратили коридоры университета в картинную галерею. И говорят, сами закупаете у местных художников лучшие полотна. Откуда столь тонкий художественный вкус?

– Спасибо городу Ленинграду. Я четыре года провел там, будучи аспирантом финансового института. Денег было не густо, и я устроился подрабатывать в Русский музей. Обязанности были не сложные: надо было следить, чтобы температура воздуха в залах не превышала положенных 18 градусов. Во время обходов познакомился со старушками-смотрительницами. А они – кладезь знаний. Так меня образовали, что лучше всякой художественной академии. А красота, как известно, обязана спасти мир. Вот и мы спасаем, как можем. Между прочим, в Гарвардском университете, я обратил внимание, тоже очень много картин.

– Вы кавалер многих орденов, в том числе «За заслуги перед Отечеством» IV и III степеней. Девиз ордена − «Польза, честь и слава». Какое слово из них вам ближе?

– Конечно, польза. Польза для Отечества.

 

P.S.

Редакция газеты «Областная» поздравляет Михаила Алексеевича Винокурова с 65-летним юбилеем и желает крепкого здоровья, счастья, благополучия, успехов во всех делах и начинаниях.

 

Областная газета

 

 

 
вверх