Персона дня

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Левченко Сергей

      НУЖНО ПРЕКРАТИТЬ ДЕЛАТЬ ПАРОДИЮ НА СОВЕТСКУЮ ВЛАСТЬ
      
       Мы продолжаем серию интервью, посвященных 15-летию регионального парламентаризма. Наш сегодняшний собеседник депутат Государственной думы Сергей Левченко все это время остается главным коммунистом Иркутской области. Именно как главный коммунист области он дважды был депутатом Законодательного Собрания, первого и четвертого созыва. Он бы прошел и в нынешний парламент, если бы в декабре 2007 года не стал депутатом Государственной думы. В его политической биографии это тоже вторая победа, но уже на российском уровне.
       В интервью газете «Областная» мы попросили Сергея Левченко проанализировать развитие регионального парламентаризма за истекший период.
       – В 1994 году органы власти категорически сопротивлялись выборам по партийным спискам, хотя мы (КПРФ. – Авт.) обращались к губернатору и в Законодательное Собрание с подобным предложением. Ответ был такой: не дозрели, партий нет. Так или иначе, все избирались по одномандатным округам, поэтому в первом созыве большое значение имели личности. Тогда больше было надежд на органы власти вообще и на Законодательное Собрание в частности. При обсуждении крупных принципиальных вопросов, которые рассматривались Законодательным Собранием, не говоря про бюджет и поправки к нему, присутствовали почти все мэры в полном составе. Они понимали, что от решения ЗС что-то зависит. Тогда, действительно, в обществе были надежды, и носителями этих надежд были как раз люди, избранные в представительные органы власти. Но даже Совет народных депутатов, который работал до формирования первого созыва Законодательного Собрания, обладал большими полномочиями, чем первый созыв.
       – Это Москва урезала полномочия представительных органов или мы сами себя обедняем в каких-то вопросах?
       – Здесь очень много причин, в том числе и зависящих от Федерации. Так называемое укрепление вертикали власти привело к тому, что законодательные органы почти с самого начала были задуманы как декоративные. Если вы внимательно почитаете Конституцию РФ, которая была принята в 1993 году и немного подправлена за последние годы, то поймете, что представительные органы власти, обладая доверием людей, потому что они по-прежнему избираются населением, в отличие от исполнительных органов, которые во многом сегодня назначаются, не имеют никаких контрольных функций. В том числе над исполнительными органами власти.
       – Что в таком случае необходимо сделать, чтобы конституционная норма о равноправии двух ветвей власти нашла воплощение в реальной жизни?
       – На самом деле ответ очень простой. Нужно прекратить делать пародию на советскую власть. Все, что в последние годы предпринимается, – это попытка перелицевать те принципы, на которых строилась власть в советское время, назвав все новыми именами и придав процессу некоторую видимость демократии. Я могу объяснить. Мы поигрались-поигрались в выборы губернатора и региональных парламентариев – и в итоге нахлебались, когда губернаторы и Законодательные Собрания основное время занимались перетягиванием каната. Это по всей России происходило, не только у нас. Поняли, что должны быть четкость и конкретность: какая ветвь власти за что отвечает. И начали понемногу двигаться в сторону тех принципов, на которых базировалась советская власть – когда представительные органы назначают исполнительные. Да, губернатора назначает Законодательное Собрание. Но благодаря некоторым моментам идея искажается вплоть до своей противоположности. Например, если Законодательное Собрание назначает сегодня руководителя исполнительной власти, то почему оно не должно иметь право его контролировать и даже снимать, если это необходимо? Почему у нас на федеральном уровне сегодня Государственная дума назначает премьер-министра и не имеет право его контролировать? А все это выходит из Конституции, в которой не прописаны контрольные полномочия представительных органов власти.
       – Получается, необходимо законодательно закрепить за представительными органами контрольные функции?
       – Безусловно. Это необходимо для того, чтобы у нас органы власти функционировали и прозрачно, и четко, и эффективно. Это необходимо, потому что иначе получается так: ты назначил, а потом сиди и смотри, как он работает. И ничего сделать не можешь. Мы сегодня даже наказов не можем набрать от населения, чтобы какая-то связь была с людьми, которые тебя избрали. Нет такого закона, ни федерального, ни областного, – «О наказах избирателей». Раньше такие законы были. И раньше собрание избирателей, которое выдвигало тебя, имело полное законное право оформить в виде наказов свои пожелания. Каждый наказ рассматривался так называемой плановой комиссией в горисполкоме или райисполкоме. И смотрели когда и за счет чего его можно выполнить. Сейчас ты можешь взять те же наказы или пожелания, назовем как угодно, но это будет лишь сотрясанием воздуха.
       Опять же, взяли и навыбирали по всей Иркутской области пять тысяч депутатов. Скажите, пожалуйста, имеют ли какую-то реальную власть эти депутаты, когда у них денег даже на зарплату главе администрации не всегда хватает? Не говоря уже про почти сорок полномочий, им переданных.
       – Но сама идея реформы местного самоуправления вам импонирует?
       – Ее идея в тех принципах, которые осуществлялись при советской власти. Но в итоге ее исказили. Если мы не дали контрольных функций законодателям, то власть исполнительная, назначенная, уже стоит на одной ноге. Она не может действовать эффективно. Если мы навыбирали пять тысяч депутатов и не дали им денег, а дали только полномочия, это тоже исказило идею и представительства, и самого местного само-управления, которая зародилась в средние века в Европе. Идея же простая была. Собралось поселение городское или сельское и говорит: «Давайте построим забор для того, чтобы оградить от диких зверей наше поселение. Соберем денег и построим забор». Сделали. Потом еще что-то и еще. Они сами определяли, что им надо делать и сколько это будет стоить. Здесь же все наоборот – полномочий тебе надавали, а денег нет.
       И, наконец, третий перекос. В Законодательном Собрании Иркутской области всего 45 депутатов на всю область. Когда один депутат представляет территорию больше Франции, он, по сути, не может являться региональным депутатом.
       – У нас мало в Законодательном Собрании депутатов?
       – Естественно, мало. Я когда работал председателем райисполкома в городе Ангарске, у нас депутатов было 180 человек. И они все работали на общественных началах, и благодаря своей численности они знали каждый подъезд и каждую скамейку в своем округе. И это было действительно местное самоуправление. Всеми вопросами местного самоуправления мы просто дышали. Мы жили в этом самоуправлении. И потом, если депутатов 180, главе администрации маловероятно создать среди них группу в свою поддержку, чтобы ее можно было прикормить, привлечь и так далее. Понятно, что сегодня главе региона на значительную часть депутатов областного парламента, особенно которые работают в бюджетной сфере или зависят от госзаказов, можно повлиять.
       Я думаю, 60–70 человек в Законодательном Собрании – это тот минимум, о котором еще можно было бы сказать, что какая-то норма представительства есть. Не увеличивая количество работающих на постоянной основе, это вполне разумно.
       – Как вам кажется, система выборов депутатов Государственной думы только по партспискам оправдала себя?
       – Вы знаете, мне трудно ответить на этот вопрос, потому что, сравнивая Думу третьего созыва, где только половина избиралась по спискам, особенно во второй половине третьего созыва, когда «ЕР» уже сформировала большинство, с Думой сегодня, я не вижу особой разницы. Разницы нет потому, что нынешняя правящая партия – это механизм власти для проведения законодательных актов. Практически 80% законопроектов в Госдуму идет из правительства и администрации президента. Я не помню ни одного законопроекта, который не был бы принят большинством. «Единая Россия» фактически только штампует законопроекты, которые необходимы исполнительной власти, не обладает правами контроля за ними.
       – А идею избирать Законодательное Собрание только по партспискам компартия по-прежнему приветствует?
       – Если говорить о партийных списках в Законодательное Собрание, я думаю, что, опять же, исходя из представительства, нам просто надо увеличивать число депутатов. При этом было бы разумно сохранить и партийную составляющую, и одномандатников.
       – Последние выборы в ЗС показали, что, составляя список, и КПРФ, и «Единая Россия» включали в него, выражаясь образно, и колхозника, и рабочего. Зачем?
       – В свое время, когда подбирали людей по этому принципу, исходили из того, что в органах власти должны быть представители всех основных групп населения, профессий в том числе. И очень правильно, что к этому принципу вернулись. Это хорошие, уважаемые профессии, но почему у нас в ЗС нет ни одной доярки уже много лет? Ведь сельского населения у нас в области достаточно.
       – А вы не считаете, что как депутаты эти люди – всего лишь машина для голосования, не более?
       – Вы знаете, я не стал бы упрощать участие представителей рабочих профессий в представительных органах власти. Я очень много видел достойных людей рабочих профессий, которые будут умнее некоторых директоров и высокообразованных ученых. Есть люди просто по жизни мудрые. Их надо только найти. Если это Законодательное Собрание области, в нем должны быть представители больших групп населения.
       – Сергей Георгиевич, так ли обязательно вступать в партию, чтобы получить от нее поддержку на выборах, или достаточно быть ее сторонником?
       – Я думаю, необязательно, другое дело, что регламент должен предусматривать партийную дисциплину и ответственность. А быть членом партии… Вообще это дело самой партии. Если она хочет выдвинуть беспартийного, почему нет?
       – Пестовать политических туристов…
       – Конечно, такой момент присутствует, но ответственность можно оговорить жестко. В той же Англии полностью отсутствует возможность голосования «мимо» решения фракции, не говоря уже о переходе из одной фракции в другую. Это старейшая в мире так называемая демократия. Правда, не считая древнегреческих Афин.
       – Но мы-то не в Англии…
       – Да (улыбаясь), а говорим о 15-летии парламентаризма. И нельзя рассматривать его как внутреннее дело Законодательного Собрания. Это орган власти, и все его заслуги и достижения – то, как мы живем в Иркутской области. И если за эти 15 лет мы потеряли десятки тысяч людей, если при этом продолжительность жизни снизилась, если сегодня туберкулез появился, который мы победили еще до Великой Отечественной войны, преступность в разы увеличилась, и этот скорбный список можно только продолжать… Если исходить из этой точки зрения, а она, на мой взгляд, наиболее объективна, то не праздновать надо, а рвануть рубашку на груди и сказать: «Простите, люди добрые!»
      
       Ольга Андреева
       Областная газета
 
вверх